|
|
|
|
|
|
||
| |||||||||
|
•
|
Прислано Л. Харитоном 10 сентября 2005 г. Лев Харитон, e-mail: lev_khariton@yahoo.com, город: NY Как Флор на Корчного “наехал”,Или “Cherchez la femme!” В некоторых моих недавних публикациях я подверг критике последние заявления Виктора Корчного в различных интервью. Можно вспомнить мою статью «Корчной возвращается» по поводу его резких заявлений в адрес Таля и Фишера, или статью «Корчной против Кереса» , в которой я критиковал, на мой взгляд, несправедливые замечания швейцарского гроссмейстера относительно Кереса. Очень трудно быть на стороне Корчного, когда его гнев вдруг обращается против выдающихся шахматистов, с которыми его связывает славное былое. Однако не стоит забывать то давление, которое оказывалось на бывшего ленинградца в годы его борьбы за шахматную корону и, особенно, в ту эпоху, когда он сражался против Анатолия Карпова. «Кент должен быть груб, когда безумен Лир» - так писал Шекспир.Поневоле Корчному приходилось быть и грубым, и жестким, когда он боролся практичеки один против безумно-преступного советского аваланша. Прошло более полувека, но в моей памяти всегда отчетливо стоит его матч против Карпова в Багио в 1978 году. Кажется, что все это было вчера. Помню ту ненависть, которую проповедывали к Корчному на его бывшей родине,ненависть, которую можно испытывать к настоящему предателю, но никак не к шахматисту, передвигающему безобидные шахматные фигурки, ненависть, которая старательно подпитывалась всей советской прессой, радио и телевидением. Сейчас вспоминается, среди прочего, то. что писал в то время о Корчном гроссмейстер Сало Флор, представлявший советское агентство «Новости». Флор был шахматной легендой в истории как советских, так и мировых шахмат. Один из ведущих шахматистов мира в 30-е годы, рассматривавшийся Алехиным как возможный претендент на шахматный престол, Флор выиграл немало турниров в десятилетие, предшествовавшее Второй мировой войне. Особенно остались в памяти старых шахматистов его победа с Ботвинником в Московском турнире 1935 года и матч с Ботвинником в Москве и Ленинграде в 1933 году, окончившийся вничью. Сразу после начала войны Флор вынужден был покинуть Чехословакию и вскоре он стал советским гражданином. Шахматная сила Флора быстро поблекла, и в СССР его знали прежде всего как небесталанного журналиста с характерным, только ему присущим юмором.Во всяком случае он, писавший на чужом для него языке, выгодно отличался на фоне придворных и косноязычных Юдовича, Панова, Котова, писавших на родном для них русском.Что касается игры в шахматы, то Флор изредка ездил на небольшие международные турниры и иногда он сопровождал Ботвинника в поездках зарубеж. Но в тоталитарной системе, которую СССР представлял как государстово, ничто не преподносилось так просто, задаром. Всегда нужно было заплатить высокую моральную цену – чтобы выжить и преуспеть.Приводимые ниже строки , написанные Флором, которые я нашел в книге Корчного «Анти-шахматы», показывают, что Флор был, как и большинство его современников в Советском Союзе, рабом коммунистического режима. Вот что написал Флор: «Не удивлен, что, проиграв матч в Багио, Виктор Корчной пытается объяснить свое поражение причинами нешахматного характера. Скорее, я был бы удивлен, если бы было иначе. После того, как Корчной проиграл матч на первенство мира, Корчной сделал заявление, в котором он, пытаясь объяснить свое поражение, резко атаковал Карпова, советскую оргагизацию и ФИДЕ. В частности, Корчной заявил, что «организаторы матча в Багио были полностью под советским давлением». Корчной также сказал, что он испытывал невероятное давление на себе в течение всего матча. (1) Эти абсолютно недокументированные заявления выглядят как детский лепет, но я понимаю их первопричину. Корчной – и это с давних времен – не умеет проигрывать как джентльмен. Конечно, намного приятнее выигрывать, но нужно уметь переносить поражения с достоинством. Я видел много матчей на первенство мира, Вспоминаю 1935 год, когда великий Алехин проиграл Эйве. Чемпион всех времен, каковым я его считаю. Алехин, одетый во фрак, протянуд руку счастливому победителю и произнес традиционные слова, символизирующие дух истинного соперничества: «Ура новому чемпиону мира!» (2) Корчной старался копировать Роберта Фишера, которому, кстати говоря, он уступает как шахматист. Фишер привез с собой специальное кресло, на котором он сидел, когда играл матч со Спасским в Рейкьявике.Корчной привозит абсолютно идентичное кресло в Багио. Фишер в исландской столице посылает протест за протестом в аппеляционный комитет. Корчной на Филиппинах посылает протесты, как Фишер в Исландии.Должен заметить, что замечания Фишера были весьма часто по существу, хотя некоторые из них были неверны. Но они никогда не были эгоистичны. И это резко контрастирует с капризами Корчного, думающего только о себе (3) Давайте вспомним матч 1974 года межлу Корчным и Карповым. Он протекал гладко.И москвичи предложили им лучшие залы столицы. Но в какой-то момент Корчной начал жаловаться журналистам насчет его дискриминации, которую он, так сказать, чувствовал на себе во время матча Допускаю, что публика больше симпатизировала Карпову, но вина за это ложится прежде всего на самого Корчного, так как накануне матча он сделал по меньшей мере два нескромных заявления. Во-первых, он сказал, что Карпов слишком молод и неопасен для матча с новым чемпионом мира, и что он, Корчной, не даст своему сопернику возможности встретиться с Фишером. Во-вторых, Корчной публично обещал, расправиться с Карповым в матче из 17 партий.Если бы я был болельщиком Корчного, после этих слов, я без сомнения, перешел бы в лагерь Карпова. (4) А вот как я могу прокомментировать слова Флора (см. Сноски): (1) Я тоже не удивлен.Флор был опытным шахматистом. Он прекрасно знал, что все шахматисты,без исключения,объясняют свои поражения нешахматными причинами. Каспаров, например, проигрывая Полгар, Карпову, «Дип-Блю», обычно находит оправдания для себя. Но поскольку Корчного в СССР воспринимали как врага, ему не разрешали иметь оправданий своих поражений. (2) Не секрет сегодня, так же, как не было и секретом во время матча в Багио, что вся советская шахматная машина была на стороне Карпова, Тут не надо искать уверений, доказательств и подтверждений. На сегодня раскрыты все архивы, печатаются статьи и книги о всех матчах Карпова с Корчным и позднее с Каспаровым. Их может купить каждый. Что касается меня, я видел матч Карпова с Корчным в 1974 году и два матча Карпова с Каспаровым в 1984 и 1985 годах. Достаточно вспомнить, что по залу, словно крысы, расползались агенты КГБ, много их было и в пресс-центре. Карпов имел огромные делегации,сопровождавшие его на матчах в Багио и Мерано. Шахматная команда Карпова была впечатляющей – Таль,Полугаевский, Балашов, Васюков,Зайцев, не говоря уже о журналистах, психологах, поварах, массажистах, телохранителях и пр. Более того, на стороне Карпова была вся поддержка ФИДЕ. Президент ФИДЕ Кампоманес всегда разыгрывал советскую карту.. Вполне естественно, что «организаторы матча полностью были под советским контролем». Спрашивается, как в такой ситуации мог Корчной переносить поражение «с достоинством»? Сравнение Флора с матчем Алехин-Эйве явно неуместно. Алехин и Эйве не были, как Карпов и Корчной, политическми врагами! Скорее, Алехин считался в то время таким же врагом СССР, как Корчной много лет спустя. Интересно, что бы ожидало Флора, если бы в то время, живя в Москве, он расхваливал Алехина за его фрак и джентльментство? (3) Пытаясь полностью «добить» Корчного, Флор хватает через край и идет на то, что хвалит даже Фишера! «Замечания Фишера часто по существу...они неэгоистичны...» Флор, как и многие советские журналоисты годами не жалел черной краски для того, чтобы поливать американского проссмейстера и вдруг комплиметны?... Но, очевивдно, что ему понадобилась даже ссылка на Фишера, чтобы еще больше хлестнуть Корчного. (4) Корчной рассказывал правду о своем первом матче с Карповым в 1974 году. Я помню молодых комсомольских соловьев-разбойников, стоявших на улице около Колонного Зала и Зала Чайковского, привествовавших Карпова словами «Убей его, Толя!..» Но те, кто по-настоящему любил шахматы, а их было не меньше, чем сторонников Карпова, искренне желали успеха Корчному. Самое ужасное и отвратительное, что в глубине души Флор наверняка был на стороне Корчного,но он знал,с какой стороны на хлеб намазано масло. Поэтому ему не надо было «переходить на сторону Карпова» Он был на ней все время! Трагический парадокс состоит в том, что Флор, помимо того, что он был шахматным мудрецом, был приятным, я бы сказал, обаятельным человеком. Увы, вся эта история показывет, что политический режим, власти, если процитировать Шекспира, «делают трусов из всех нас» А может быть, не сводить все к политике? Ведь и гроссмейстеры – и даже самые знаменитые зависят не только от власть имущих, но и от своих жен. Про жену Петросяна в свое время слагали легенды:в какой-то момент вся власть в Советской шахматной федерации принадлежала Роне Яковлевне. Может, и на Флора давила его супруга? Не меньше, чем на Корчного организаторы матча. Возможно, французское «cherchez la femme!» -«ищите женщину!» - годится и для затронутой мной сегодня темы? Во всяком случае, Ботвинник,когда-то в молодости соперничавший с Флором, а потом много лет с ним друживший, сказал как-то: «Если бы у меня была такая жена, как у Сало, и я знал, что мне остается жить один день, то я потратил бы этот день на развод с ней!» Михаил Моисеевич шутил так, что иногда было трудно понять, шутит он или говорит серьезно. Возможно, в данном случае он не шутил... О Фишере • О Корчном
• О Карпове
• |
|
|
|
